amyatishkin (amyatishkin) wrote,
amyatishkin
amyatishkin

Categories:

"Рикошетирующие пули вокруг напоминали подобие падающего града..."

Из описания боевой операции, проведенной 1-й Кара-Кумской комендатурой против шайки Довлет Сардара в Чардзкуйском округе
Не ранее 22 марта 1929 г.*

...16 марта утром в район Шах-Молла выслан дозор в семь сабель под командой врид начальника 4-й заставы Кирсанова с пулеметом «томпсон» и в район Мулла-Гельды дозор от 2-й заставы пять сабель. В 16 час. в управление комендатуры прибыло пополнение в составе 16 чел...

В 23 час. управление комендатуры получило распоряжение выслать 17 марта в 1 час. на Шах-Молла дозор манвзвода под командой помкомвзвода Ромашевского силою в семь сабель с пулеметом «томпсон». Начзаставы № 4 получил распоряжение подготовить к утру 17 марта 10 сабель...

В 7 час. в управление комендатуры прибыл связной от дозора Ромашевского и доложил, что в 5 час. дозором обнаружен прорыв шайки через границу километров 15—18 южнее управления комендатуры следов около 70, следы идут в северо-западном направлении и что Ромашевский с пятью саблями и пулеметом «томпсон» пошел в преследование. Согласно сообщению, Ромашевский полагает, что шайка прошла через дозорную дорогу в 2—3 час. Следы мелкие, что говорит за то, что шайка пошла налегке.

Получив донесение от дозора помкомвзвода Ромашевского, в 7 час. 17 марта управление комендатуры, зная большое политическое значение шайки, решило таковую ликвидировать, не допустив ни в коем случае ограбления наших чарводаров, и преследовать шайку до уничтожения, для чего из состава комендатуры в преследование выделило два отряда: один под командованием помощника коменданта Колесникова и второй под командованием помощника коменданта Г. Соколова.
Отряд Колесникова имел задачей преследовать прорвавшуюся шайку по следам, а отряду Соколова дана задача двигаться в северо-западном направлении от Ширам-Кую на Сардобу-Чаган для пересечения предполагаемого пути следования шайки.

Ввиду того, что преследование намечалось длительное, было отдано распоряжение кормить лошадей и производить основательные сборы. Выступление было назначено из управления комендатуры в 9 час. и с заставы № 4 — в 9 час. 30 мин. Отряд Колесникова выступил из Ширам-Кую в 8 час. 45 мин. в составе 29 сабель. Под руководством Колесникова и под непосредственным командованием начальника 1-й заставы Гроздева... отряд двинулся переменным аллюром в западном направлении от Ширам-Кую со скоростью 8 км в час и, пройдя 1 км за колодец Чукрой (в 12 км западнее Ширам-Кую), обнаружил следы прошедшей шайки. Количество установить было трудно, но приблизительно насчитывалось 60—70; следы шли в северо-западном направлении. Километров через 8 последние резко повернули на восток и пошли по направлению на Ширам-Кую.

Не дойдя до Ширам-Кую километров 6—7, шайка резко повернула на запад в направлении на колодец Еды-Кую. К 12 час. дня стало настолько жарко, что отряд вынужден был двигаться шагом, часто спешиваясь и двигаясь в поводу, скорость движения от 12 до 15 час. равнялась 6 км в час.

В 15 час. отряд Колесникова встретил дозор помощника командира взвода Ромашевского, возвращавшегося в управление комендатуры. Ввиду того что Ромашевский резко двигался за шайкой в надежде таковую догнать в районе колодца Еды-Кую, имел перестрелку с тыловым охранением шайки, конский состав, окончательно выдохшийся в погоне, не мог продолжать движения, вынужден был преследование прекратить.

К 15 час. спавшая жара позволила двигаться переменным аллюром, и отряд продолжал движение по следам до захода солнца, а затем ввиду ясной лунной погоды и ночью до 22 час... Наступила темнота, люди и лошади, прошедшие около 100 км, не пившие и голодные с утра, выбивались из сил, и Колесников решил устроить привал, выставил охранение. Отряд, напоив лошадей горько-соленой вонючей водой, расположился на отдых. Колесников отослал в управление комендатуры дозор в две сабли с донесением о стычке и простоял до 4,5 час. 18 марта с рассветом отряд стал продолжать движение по следам...

Через 1,5 час. движения отряд обнаружил остановку басмачей на ночлег, брошенное имущество и продукты, что заставляло предполагать, что шайка спешно снялась со стоянки и в беспорядке (судя по следам) ушла в северо-западном направлении. Отряд остановился в районе колодца Даумен для запаса продовольствием и фуражом у расположенных в районе колодца Даумен чарвадаров. Тут же к отряду Колесникова с востока подошел отряд Соколова.

Отряд Соколова после запаса водой и водопоя лошадей с колодца Как-Конек в 11 час. 30 мин. пошел по маршруту Бедер-Оманджик, Ак-Таш, Араб, Сардоба-Хедрали. С момента выступления до 15 час. отряд двигался ввиду жары со скоростью 7 км в час, а после до Сардобы-Хедрали — со скоростью 8 км в час... Все продукты, фураж и вода были строго взяты на учет и расходовались по особому распоряжению по норме. В 16 час. спала жара, люди получили распоряжение выпить по полбаклаги воды и освежить рты лошадям.

На колодце Араб, что в 70 км северо-западнее Ширам-Кую, куда отряд прибыл в 22 час. 30 мин., Соколов решил сделать двухчасовой привал и водопой, вода в колодце Араб горько-соленая и отдает серой, но все пили хорошо и с жадностью. Люди съели банку консервов на трех, и лошади получили зерна. Лошадям были растерты ноги и произведен массаж. Красноармейцы, бывшие в наряде ночь, получили разрешение спать.

18 марта отряд Соколова выступил в дальнейшее движение на Сардобу-Хедрали, куда прибыл в 2 час. Здесь по дороге на Чаган-Сардобу следов прошедшей шайки обнаружено не было, что заставило Соколова предполагать, что шайка пошла западнее Чаган-Сардобы, а посему после запаса водой отряд двинулся без дорог в западном направлении, но ввиду темноты движение производилось шагом и в поводу, и через 1,5 час. в предрассветную темноту Соколов отряд остановил для отдыха. В 4 час. 30 мин. с рассветом, подкармливая лошадей мокрой травой, в поводу двинулся дальше. После 1,5 час. движения переменным аллюром в 5 час. 30 мин. вышел на следы шайки и, пройдя стоянку, в 6 час. догнал отряд Колесникова в районе колодца Даумен, которым был осведомлен о событиях, происшедших в отряде Колесникова за сутки...

Обстановка утром 18 марта была такова: по предположению, шайка Довлет Сардара, будучи поднята с ночлега стрельбою всего тылового охранения, поспешно ушла в северо-западном направлении, но ввиду усталости конского состава больше 20 км покрыть не могла, а посему около 1 час. 18 марта остановилась на отдых, усиленно охраняясь особенно с тыла.

Наши отряды, покрыв на истощенных лошадях по 120 км, могли покрыть еще не больше 40—50 км и для ведения боя пригодны бы не были. Люди чувствовали себя хорошо, будучи возбуждены близостью шайки и предвидением боя...

Обсудив обстановку, Колесников и Соколов решили действовать так: ввиду того, что неумелыми действиями дозора Рудковского были обнаружены сила отряда и его вооружение, что заставило шайку быть настороже, а шайка, снявшись с хороших позиций ночлега, к тому же показала, что она драться не намерена, учитывая и то, что стояла яркая солнечная погода и с господствующих сопок местность обозревалась на большое расстояние и тыловое охранение шайки издалека могло заметить движение отрядов, не дав близко подойти таковым, могла уйти из-под удара, решено было ввести шайку в заблуждение тем, что преследование последней пограничниками прекращено, для чего отряды остановились на продолжительный отдых и кормежку лошадей в районе колодца Даумен...

В 11 час. поднялся ветер и, поднимая пыль, ограничил до крайности кругозор. Первым выступил отряд Соколова, а за ним через час отряд Колесникова. Следы шайки шли на северо-запад. Шайка шла тремя партиями без дорог. Отряд Соколова двигался со скоростью 8 км в час по примеру предыдущего дня, принимая все меры сохранения и сбережения конского состава. В голове отряда двигался дозор в три сабли во главе с помощником начальника заставы Гриневым. В пути были найдены аркан для выкачки воды, потерянный басмачами, камча, патроны, все это доказывало поспешное движение шайки. Шайка, судя по следам, двигалась все время юргой. Через 2 часа движения отряд Соколова подошел к колодцу Айбеур, шайка колодец прошла мимо, не произведя водопоя. Отряд произвел водопой (вода вонючая). Через час движения от Айбеура обнаружена в господствующих сопках стоянка басмачей. По виду следов стоянки можно было определить, что шайка стояла не меньше 6 час. Производила кормежку лошадей, водопой (из бурдюков), люди пили чай. Костры засыпаны и потушены. Весь вид говорит, что шайка отдыхала спокойно и спокойно продолжала движение. В пути потерянных вещей больше не встречалось. От места стоянки, что 8 км северо-западнее колодца Айбеур, басмшайка изменила свой маршрут и пошла на север. В 17 час. отряд Соколова, пройдя от Даумена 45—50 км, по следам шайки прибыл на дождевую яму, где шайка производила водопой и запас воды. Здесь Соколов сосчитал следы лошадей, по его счету выходило 63 лошади. Напоив лошадей, растерев им ноги и пополнив запас воды, отряд продолжал движение и вскоре обнаружил вторичную стоянку шайки. Осмотрев стоянку, Соколов вывел заключение, что это обеденный привал шайки, а это давало возможность предполагать, что шайка с предыдущей стоянки снялась около 9 час. 18 марта, а с этой — не позже 13 час.

Отряд с той же скоростью двигался вперед до 19 час. и прибыл на дождевую яму в 60 км северо-западнее колодца Даумен. К отряду Соколова в 20 час. подошел отряд Колесникова, были произведены водопой и кормление лошадей джугарой (некоторые не ели). Лошадям намочили ноги и насухо растерли. Люди перекусили имевшимися продуктами, и в 21 час отряды двинулись дальше совместно, имея в голове отряд Соколова, а за ним — Колесникова. Впереди двигался дозор 5 чел. во главе с Гриневым. Ночью предполагалась гроза, ветер усилился, сверкала молния. Отряд двигался шагом, время от времени рысил. К 12 час. усилился холодный пронизывающий ветер, лошади шли лениво, люди выбились из сил, пришлось чаще двигаться в поводу...

В 7 час. 30 мин. 19 марта километрах в 15 от остановки на отдых отрядов обнаружена стоянка басмшайки в хорошо расположенных, представляющих естественную крепость сопках (высота Девеси-Чарды). На стоянке найдены непотухшие костры. Это говорило о том, что шайка снялась не больше 1—2 час. со стоянки, где производила ночлег, по всей вероятности, с часов 23—24. В 8 час. 20 мин. отряд прошел лощину, в которой из небольшой лужи шайка поила лошадей. Вода из лужи была выпита вся. Отряд продолжал движение без воды. Лошади шли бодрее, чем ночью, но были не поены и не кормлены 12 час. Люди, несмотря на поднимающееся настроение ввиду близости шайки, бессонными ночами, утомительными большими переходами и недостаточным количеством пищи и главное отсутствием чая физически ослабли.

В 8 час. 30 мин. отряд был остановлен, отдано распоряжение раздеться, подготовить оружие (задуло песком), осмотреть седловку. Колесников ободрил бойцов речью, объяснив, что перед отрядом стоит цель уничтожить шайку и призывал бойцов поставленную задачу выполнить. Через 10 мин. движение было возобновлено. В 9 час. Колесников и Соколов, двигавшиеся в голове колонны, выслушали доклад дозорного, присланного из дозора Кирсанова, о том, что дозором замечены всадники, дозор продолжал двигаться. Соколов сообщил Колесникову свои намерения с четырьмя бойцами двинуться ускоренным аллюром к дозору (дозор находился в 1 км впереди). Отряд продолжал движение нормально и двигался все время лощинами между сопками, так шла шайка, не вырисовываясь на вершинах сопок.

Соколов, подъехав к дозору, увидел дозор в пешем строю. Кирсанов и Юдин с биноклями лежали на сопке. Соколов спешился, взошел на сопку, с сопки представлялась следующая картина: в 800 шагах от дозора на равнине спокойно разъезжали 6 всадников, а в 1 км от них на большой с усеченной вершиной сопке на конях стояла группа всадников около 50 чел.

Соколов обстановку оценил так; 6 всадников в долине принял за тыловое охранение шайки, ядро шайки — группа, стоявшая на сопке. То, что шайка стояла на сопке, говорило о том, что наш дозор она заметила и интересовалась положением. Дозор вел себя спокойно в надежде вызвать на активные действия, чтобы курбаши мог, оценив обстановку, решить, что ему делать: драться или же отходить.

Соколов, найдя место расположения шайки выгодным для осуществления намеченного плана боя (местность давала возможность скрытого охвата флангов), решил проводить в жизнь ранее принятое решение, а именно вступить в бой с шайкой, действовать быстро, решительно и, не давая рассуждать курбаши, заставить его ввязаться в бой, так как нерешительными действиями хотя и предполагалась возможность задержать шайку, но старый басмач мог понять, что тут происходит выигрыш времени и, поняв это, мог уйти.

Скомандовав по коням, Соколов послал одного бойца к Колесникову с докладом: «Замечена шайка на больших сопках в 1,5 км от исходного положения, впереди 6 всадников охранения, выполняю решение по плану. Отряду, не обнаруживаясь, подходить к исходному положению, в бой вступать, когда услышите сильный ружейный и пулеметный огонь».

Команда «За мной!», и группа во главе с Соколовым галопом вылетела из-за сопки и пошла по долине, опрокинув охранение шайки, которое, открыв стрельбу, карьером стало уходить на запад. Отряд продолжал движение к шайке. Шайка сохраняла спокойствие, стоя на сопке, но при приближении отряда, стоя, с коней открыла огонь. На крик Соколова «Сейчас всем будет конец!» курбаши отвечал обращением к джигитам: «Не бойтесь, их мало, сейчас они все патроны расстреляют, и мы их за шиворот голыми руками возьмем и винтовки отнимем». Отряд без выстрела, несмотря на огонь шайки, подошел к подошве сопки, на которой стояла шайка. Расстояние 600 шагов, в этот момент шайка быстро спешилась и встретила отряд частым огнем. Соколов, у которого был ранен конь, видя, что в конном строю, броском, сопку можно занять с большими потерями, приказал спешиться, крикнул «Вперед!», повел пешее наступление на засевших басмачей, для лошадей нашлось удобное укрытие, и за таковых Соколов был спокоен, оставив только двух коноводов.

Поддерживая друг друга огнем, бойцы быстро продвигались вперед. Вот Соколов сшиб одного басмача, это ободрило бойцов. Яценко сшиб рослого басмача, который стал ползать на четвереньках и кричать, это еще больше ободрило. Бойцов засыпали пулями со всех сторон, но вот огонь справа утих, и послышался крик курбаши: «Обходи слева!» В это время Юдин, находившийся на правом фланге, крикнул, что группа человек 20 выехала из-за сопки и приближается к коноводам.

Соколов приказал открыть пулеметный огонь и бросить гранату. В это время Юдин доложил, что Колесников справа охватил фланг. Справа послышался пулеметный и ружейный огонь. Обходившая группа басмачей повернула, будучи обстреляна обеими группами, обратно и скрылась за сопкой.

Ползком на животе шаг за шагом лезла группа к вершине сопки, стараясь сбить басмачей. Спокойствие и расчетливое движение группы давало представление о тактическом занятии. Соколов вместе с Яценко и Щербиной возглавляли группу, и, ободряемые ими бойцы, задыхаясь от жары, побуждаемые желанием уничтожить шайку, настойчиво продвигались вперед. Рикошетирующие пули вокруг напоминали подобие падающего града, подымая пыль, но пули не страшили привыкших их видеть бойцов.

В это время Соколов, уже подобравшийся на 200 шагов к басмачам, был дважды ранен, но, не показывая вида, продолжал стрелять, и только когда по его требованию с ним поравнялся Юдин и нужно было продвигаться вперед, Соколов сказал, что двигаться не может, от помощи отказался, дабы не отрывать бойцов, и приказал Юдину продолжать движение вперед. В это время огонь басмачей стал усиливаться. Соколова, находившегося впереди и продолжавшего стрелять, засыпали пулями, и он запретил приближаться к нему.

Послышались выстрелы слева от группы Соколова (там действовала группа Гроздева), Соколов крикнул «Вперед, у меня надежда на вас!» и потерял сознание. Бойцы, увлекаемые Юдиным, несмотря на огонь, ползком на животе, дружным натиском заняли вершину сопки, сбив оттуда басмачей. Огнем басмачей у всех были пробиты одежда в нескольких местах, шлемы, гимнастерки, сапоги.

Колесников после отъезда Соколова с бойцами от отряда, продолжая движение, вскоре был встречен красноармейцем, посланным от Соколова, который передал донесение Колесникову. Колесников подвел отряд к исходному пункту группы Соколова. У сопок шла сильная стрельба. Колесников определил, что Соколов дерется с шайкой у сопки, о которой говорилось в донесении. Объясняя начсоставу положение, указал Гроздеву направление его движения и задачу, а сам с 8 бойцами отряда Соколова с пулеметом «люис» и представителем начсостава Гриневым скрытно между сопками вокруг долины пошел в обход, ориентируясь в движении направлением стрельбы, вышел во фланг расположившихся басмачей, действовавших против Соколова. Заметив группу басмачей, обходящих коноводов группы Соколова, приказал обстрелять басмачей, которые после открытого по ним огня Колесниковым и группой Соколова быстро отошли за сопки. Колесников, выслав к группе Соколова Гринева и Дощенко на усиление, стал продвигаться вперед, стараясь зайти в тыл шайки. Прикрывая друг друга огнем, бойцы смело двигались вперед под огнем басмачей. Заняв впереди лежащую сопку, Колесников приказал обстреливать сопку, с которой засевшие басмачи сильно обстреливали сковывающую группу, которая, сбив их с первой линии сопротивления, продвигалась перебежками через долину, сбивая басмачей со второй линии сопротивления. Колесников, видя критическое положение сковывающей группы, решил занять сопку в тылу шайки с тем, чтобы отвлечь на себя внимание шайки и часть огня. Посадив людей, в конном строю через открытое место пошел карьером к намеченной сопке в тылу шайки, но во время прохождения долины под усиленным огнем кони Колесникова и красноармейца Черного, провалившись в сусликовые норы, упали, конь Черного, который в это время был ранен, поднявшись, убежал в сторону басмачей. Колесников, думая, что его конь убит, приказал спешиться остальным красноармейцам и повел перебежку на обстреливавшую его группу басмачей.

Сковывающая группа во главе с Юдиным и Кирсановым при героическом поведении всех бойцов, несмотря на неравенство сил — 6 против 30—40, как и на первую линию сопротивления, ползком приближалась к вершине сопки. Патроны подходили к концу, приходилось экономить, но басмачи один за другим слетали с сопки, поднимая переполох в своих рядах. Красноармейцы Яценко и Щербина особенно выделились неустрашимостью и меткостью огня.

Группа Колесникова в количестве 6 чел., из которых во время конного сближения были ранены 2 — Черный и Вербило (которые остались в строю, — Черный в цепи, а Вербило коноводом), также настойчивым движением вперед, увлекаемая Колесниковым и красноармейцем Сторожем, подползала к вершине сопки. Огонь групп, ружейный и пулеметный, нанося потери шайке, деморализовал ее, Крики о помощи с призывами аллаха слышались все чаще и чаще.

Дружный напор обеих групп — и басмачи, теснимые с двух сторон, не выдержав напора, побежали с сопок. Группы, выйдя на гребни сопок, расстреливали убегавших к своим лошадям басмачей.

Начзаставы Юдин, передав командование Гриневу, подобрался к коноводам басмачей, скрытым в яме, шагов на 50, но у него в решительный момент отказался работать засорившийся песком маузер, а попытка бросить гранату «мильс» не имела успеха, так как выбившийся из сил Юдин не мог вытащить чеку. Пришлось быть «почетным свидетелем» ухода шайки. Выбившиеся из сил и задыхающиеся от жары бойцы групп сковывающей и Колесникова сопровождали огнем отходившую на группу Гроздева шайку.

Юдин и Колесников приказали подавать лошадей, но коноводы сковывающей группы были за сопкой, пока подали отказывающихся двигаться лошадей (застоялись после большого перехода, неподвижно простояли в укрытиях 3 часа), шайка ушла километра на 1,5, и часть ее заняла сопку, прикрывая движение остальной части. Колесников, видя, что группа Гроздева не атакует шайку, приказал Юдину собирать людей, сам поехал к группе Гроздева по направлению выстрелов.

Группа Гроздева в составе 26 чел. с пулеметом получила задачу от Колесникова, с исходного пункта скрытно двинулась на запад для действия в левый фланг басмшайки. Пройдя около полукилометра сопками, Гроздев вышел на открытую долину, где вскоре был обстрелян (как после оказалось, пятью басмачами охранения шайки), приказал спешиться и продвигаться вперед в пешем строю. Расстояние от стоявших басмачей было около 1000 шагов. Большое расстояние, покрытое перебежками, вымотало людей, и когда группа подошла к подножию сопки 400 шагов, то продвинуться ввиду меткого огня басмачей вперед не могла и начала стрелковый огонь для подавления огня басмачей.

Через некоторое время Гроздев увидал отходящую шайку, по ней открыл усиленный огонь всей группы и, когда огонь басмачей его сдерживающих прекратился, занял сопку, занимаемую басмачами, и стал обстреливать шайку. Подал команду коноводам. Пока подвели лошадей, шайка из-под удара ушла. Приехавший к Гроздеву Колесников приказал посадить людей и хотел начать преследование, но лошади рысью идти отказались (так как были утомлены переходами, не были кормлены, 16 час. не поены и после движения по жаре без движения простояли 3 часа). Колесников, узнав о ранении Соколова, приказал Гроздеву отобрать более способных к движению лошадей и двигаться по следам шайки для выяснения направления движения.

В 13 час. 30 мин. Колесников, оценив обстановку, решил: ввиду потерь и усталости людского и конского состава, одновременно считая, что шайке нанесен большой урон и шайка своих задач выполнить не сможет, преследование прекратить. Приказал собраться отряду и подобрать раненых. Подъехав к Соколову, до сих пор не перевязанному и истекающему кровью, приказал перевязать его и перенести к месту стоянки отряда. На сделанных из винтовок и чалм носилках Соколова, пришедшего в сознание, по его просьбе пронесли по месту боя и проинформировали в том, чего он не видел. К 16 час. вернулся Гроздев и доложил, что шайка ушла в северо-западном направлении.

Несмотря на все неблагоприятные условия, как-то: усталость конского состава, покрытие в двое суток расстояния в 250 км, отсутствие продовольствия и фуража, действиями отрядов Колесникова и Соколова, объединенная шайка Довлета Сардара, имевшая намерение прикрыть эмиграцию баев-чарвадаров за границу и грабеж каракуля у чарвадаров Чарджуйского и Мервского округов ТССР, выполнить свои задачи не смогла, чем дана возможность чарвадарам спокойно выпасать скот каракулевых стад на хороших пастбищах и сдать каракуль заготовительным органам. В то же время чарвадары еще раз убеждены в крепости Соввласти в Кара-Кумах, так как до этого года ограбления производились ежегодно. Кроме того, шайка Довлета Сардара, до сих пор не имевшая поражений, разбита и распалась, Довлет Сардар потерял авторитет непобедимого курбаши у закордонного и нашего байства.

В бою с отрядами Колесникова и Соколова басмшайка в районе колодца Кош-Айгыр (Кош-Кую) потеряла убитыми 17 чел., в том числе курбаши брата Довлета Сардара — Дурды Кулы Сардар (убит двумя пулями); ранеными 10—12, из коих 4 захвачены в кишлаке и 5 чел. перевезены за границу прорвавшейся шайкой в составе 30 чел. в районе Мулла-Гельды. Кроме того, шайка потеряла пять лошадей убитыми и много ранеными...

С нашей стороны потерь убитыми нет. Тяжело ранены: помощник коменданта Соколов, политрук маневренного взвода Гаврильчук В., легко ранены красноармейцы Гокча и Вербило Г. Получили пулевые царапины и остались в строю красноармеец Черный и переводчик Альмяшев...

Отряд, сопровождая тяжелораненых, прибыл в кишлак Карабекаул на Аму-Дарье 22 марта, потерпев в пути следования большие лишения (усталость, отсутствие сна, холод и дождь, голод и отсутствие воды). 22 марта в Карабекаул прибыл начальник отряда Комаров...
Из заключения по представлению к наградам пограничников 1-й Кара-Кумской комендатуры — участников операции против басмачей
Не ранее 19 марта 1929 г. *

В результате анализа и разбора боеоперации, проведенной 19 марта 1-й Кара-Кумской комендатурой с шайкой Довлета Сардара в районе колодца Кош-Ойдыр, при участии в разборе одного из руководителей операции помощника коменданта 1-й комендатуры Соколова полагаем:

Представить к ордену Красного Знамени 1-ю Кара-Кумскую комендатуру в целом как подразделение, так как эта комендатура со дня своего формирования, несмотря на чрезвычайно тяжелые условия службы, проявила пример добросовестнейшего отношения к делу охраны границы и на длинном ряде операций, в том числе и этой, определила высокую преданность делу революции, безупречное мужество и самоотверженность со стороны как командно-политического, так и переменного состава комендатуры.

За личное мужество и самоотверженность, проявленные в этой операции, наградить боевым оружием с надписью заместителя коменданта т. Колесникова, помощника коменданта т. Соколова, начальника заставы Юдина; политрука Гаврильчука и переводчика У. О. Альмяшева — серебряными часами с надписью; начальника заставы Кирсанова — месячным окладом содержания и благодарность в приказе по округу; орденом Красного Знамени — красноармейцев Яценко, Щербина, денежной наградой — красноармейцев т. Сторожа, т. Вербило, т. Черного.

Всему переменному составу боевых групп объявить благодарность в приказе по округу. Из числа комсостава благодарность по округу объявить т.т. Полякову и Ромашевскому...
Начальник отделения управления пограничной охраны Буш
Начальник отделения Клевцов
Начальник отделения Ламанов
Начальник отделения Пименов
Инспектор строевого дела Дубленников

* Датируется по содержанию.
Пограничные войска СССР 1929—1938. — М.: «Наука», 1972.
Tags: пограничники
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments